Андрей  Клавдиевич  Углицких:  Журнал  литературной  критики и словесности    

ЖУРНАЛ ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКИ 

И СЛОВЕСНОСТИ

основан в декабре 2001 года

Главная страница

Новости

Содержание

Проза

Поэзия

Критика и публицистика

Журнальные обзоры

Обратная связь

Наши авторы

 

Блоги писателя А.Углицких:

 

"Живой журнал"

 

"Писатель Андрей Углицких"

 

 

 

 

ЗИНАИДА   НОВЛЯНСКАЯ

 

«ЗАНЯТИЯ ЛИРИКОЙ…»

 

                 *    *   *  

Занятия лирикой

Чреваты истерикой,

А не открытием

Новой Америки.

 

Занятия лирикой -

Дело опасное,

Чаще прелестное,

Редко прекрасное,

 

Занятие лирикой -

Не откровение,

Но откровенности

Страшной мгновения.

 

Занятия лирикой -

Дело привычное,

Хоть и сквозит в них

Что-то сверхличное…

 

Ох, удержаться бы

В рамках приличия!

Занятия лирикой…

 

ВОСПОМИНАНИЕ

Бант стрекозиный, цыплячьи лопатки…

Сколько мне лет? Я живу без оглядки.

Сколько мне вёсен? По этой поре

Сушат подушки у нас во дворе.

Вешают шубы, трясут одеяла,

На табуретках лежат,  как попало,

Валенки, муфты, ушанки, платки -

Всё, что годами таят сундуки.

В доме четырнадцать и восемнадцать

Не запираются и не бранятся -

Вышли на волю, под солнце, под смех.

Всем хорошо. Только нам - лучше всех.

Можно кричать, хохотать и рядиться-

Быть партизаном, медведем, царицей!

С ног повалиться! И тысячу раз

Прыгать на чей-то отживший матрац.

Мы несравненны. Мы соизмеримы

Разве что с пёрышком тяжкой перины -

Вон на невидимом нам сквозняке

Вверх поднимаясь, летит налегке,

Каждым движением и колыханьем

Чувствуя чьё-то большое дыханье.

 

                              ШКОЛЬНИЦА

 

В лодке, с этой школьницей, яростной и радостной,

 А с утра -  экзамены, а время - обалдеть!        

А звёзды так и сыплются в дыры сетки градусной -

В небе - только крупные. Мелочь - на воде.

  

…Кабинет ботаники. Вновь переставляется

Разбитной, уживчивый, комнатный скелет .

Смерть? Пространство? Вечность? - Смутно представляется,

Что когда-то стукнет сразу двадцать лет.

 

Но уже - бродяжьим, таборным, палаточным

Так сдавило душу - отчий дом не мил!

…До осенней форточки, до последней ласточки,

По звезду, по маковку - весь загадан мир!

 

Пусть теперь всё сбудется - пусть потом заплатится:

Ведь нелепо у морей ждать ещё погод!

…Лодка. Тёплый вечер. За него закатится,

Круглый и упругий, волейбольный год.

 

                 *     *     *

Не забывчивы, но живучи

И не верим в плохой исход.

…Острой галочкой чайки в тучах

Отмечается наш приход.

Так давно тебя не рождали

Солнце, ветер, Земля, вода!

Так давно тебя ожидали!

Так устала твоя звезда!

 

…В этом мире, где всё - навеки,

Где расчётлив и скуп расход,

Голым прочерком зимней ветки

Отмечается наш уход.

 

    КРЫША

Мир - жильё дармовое.

Намечается крыша,

 Где аукались двое,

Где столкнулись, охрипши,

И - ни разу, что милый,

И к плечу не припала -

Просто печка дымила,

Да в горле щипало,

И - ни разу, что нужен -

Просто вздрагивал чайник,

Просто близился ужин

По-птичьи случайный.

 

Шло впритык листовое

Время,  дыры покрывши…

Просто встретились двое,

И наметилось свыше.

       *    *    *

От равноденствия до противостоянья

Так ощутимо убывают дни.

И время переходит в расставанье,

И забыванье  таянью сродни.

 

…Не веришь солнцу - запасай дрова.

Как истончилась жухлая трава!

Как наше счастье плоть свою теряет!

Как время ничего не повторяет…

 

…Вздымает кости облетелый сад -

Весь против времени! Весь повторенье!

Тебе - листа короткое горенье,

Мне - яблоки забытые. Висят!

 

               *    *     *

На все золотые просторы любви -

Один только маленький омут.

Ты в медленной лодке за мной приплыви,

 Но помни: в том омуте тонут.

Закружится черной воронкой вода.

Уронишь. Черпнёшь. Захлебнёшься.

  Опутает тиной, затянет туда,

 Откуда не скоро вернёшься.

 А я всё живу за спокойной рекой,

 Всё жду, что назначено было,

И думаю: «Медлит, жестокий какой,

Чтоб я его больше любила».

А время смывает святое число,

А месяц то тощий, то полный,

И даже ненужное больше весло

На берег не вынесут волны.

Цветы моей жизни всё выше цветут -

Выносят и стужу и ветер.

Мой дом беспечален, и дети растут,

И мужа бужу на рассвете.

И лишь как бессонница глянет совой,

Закружатся чёрные мысли:

И мне что ль сквозь золото вниз головой

В том месте, где корни нависли?

 

 

Коридор.  ОДИНОЧЕСТВО  Коридор.

 

 

                       1

Коридор. Коридор. Коридор

В опустевшей огромной квартире.

Коммунальный жилец в её мире

Задержался. О нём разговор.

Он один. Он - один. Он один!

В кухне, в комнатах и в туалете.

(Может, в городе. Может, на свете.)

Сам себе и всему господин.

Он на кухне пустой расцветёт,

Разожжёт все четыре конфорки,

Пораскроет все двери, все фортки,

Соль просыплет и не подметёт.

Царь Вселенной, усядется пить

Крепкий чай из большого стакана.

Нет соседей! Одни тараканы.

И на крысу легко наступить

Там,  во тьме, в коридорных мирах,

Где свободу приветствует страх.

 

 

                             2

  У парикмахерши опять шуршат обои,

  А у торговцев что-то дребезжит,

  В дверях арфистки нечто голубое,

  Совсем живое на полу дрожит.

  То чей-то кашель слышится.

   Знакомый!

   То кто-то шарит, шастая впотьмах.

    Все звуки велики для насекомых,

    Их собирает коридор из комнат

    И комкает в один полночный страх.

    Закрыться. Запереться. Наплевать.

    Не доверять ни зрению, ни слуху.

    В пустых квартирах любят пировать

    Бомжи и привидения. Но духа

    Не следует терять. Ведь с детских пор

    Привык пугать нас общий коридор.

                       3

…Царь Вселенной уставится пить

Лысый чай из кривого стакана.

…Мало крошек кормить тараканов,

На арфистку бы не наступить…

Мысли кружат, сбиваются в пену.

Может, на ночь не выключить свет?

Съехать, взявши хорошую цену?

Коридор упирается в стену.

Вход  где выход. А выхода - нет.

 

                    

                        4

Почему же им так тяготятся,

Что даже клянут?

На пиру одиночества

Много волшебных минут.

Не трещит телефон.

Не скулит и не охает дверь.

Больше нету обмана.

Не будет разлук и потерь.

На пиру одиночества

Можно не есть и не пить,

С бестелесной душой

В разговор за-душевный вступить.

«Я» засмотрится в «я»,

В бесконечность взаимных зеркал.

Что же там, в глубине?

Ангел или звериный оскал?

Или просто НИЧТО,

Мировая игра пустоты?

Иль в конце коридора

Внезапно проявится «ТЫ»?

 

 

Мотив. ГАРСИЯ ЛОРКА.

На бледно лиловом-

Лимонный

Месяц салонный.

Он гладью вышит

На шелке новом

В слезах солёных.

Хоть здесь, в России,

Ни лилий вам,

Ни лимонов,

Хоть Гарсия Лорка

Её снегами пока не тронут,

А на развалах книжных

Царит Лимонов,

И все её тройки,

И все её птицы

Во мраке тонут.

И всюду волки,

И хлеб надежды

В песок раскрошен…

…Что ж, тонкий месяц

В небесном шелке

Излишняя роскошь?

Ему скатиться ещё не поздно,

Но он гарцует,

И шёлк синеет.

И новые звёзды

Вокруг танцуют.

Ну что ж, Россия

Ещё большая…

Гарсия…Волки…

И льются слёзы,

Но не мешают

Стежкам иголки.

       

                    *    *     *

Ветки берёзы сквозь вьюгу.

                                           Кружево кружев.

Милая Родина,

                       где не устанут бороться,

Где так несладко внутри

                                      и не гладко снаружи,

Где никогда не понять,

                                    что откуда берётся.

Жить на Руси -   

                         не болтать о любви и свободе.

Тело не врёт,

                    но душа заблуждаться умеет.

Это - о каждом.

                         Так что же о целом  народе?

Всё он дурак дураком

                                  и никак не умнеет.

Ждёт, как дитя, разрешенья

                                           и чудного чуда:

Кто-то придёт, всё поймёт,

                                         всё решит и уладит,

К сердцу прижмёт,

                               да ещё по головке погладит.

Лишь бы явился.

                           Не важно - какой и откуда.

 

Как ни надейся

                        на личный «авось» и на случай,

Здесь ни один не спасётся

                                        без общего блага.

Тало не врёт.

                     Но душа, как известно, летуча _

Рвётся куда-то

                      и тайно желает варяга.

Так и живём:

                     отметелит и тут же завьюжит.

Но ведь живётся.

                  И даже, представьте, поётся.

Тает добро.

                  Но всегда красота остаётся.

Ох, уж мне эти берёзы

                                   и кружево кружев!     

              

 

                       *   *   *

Цвет озими, зелёный до озноба,

Сквозит в последнем золоте берёз,

И отступают суета и злоба,

И ясно: всё задумано всерьёз,

Замешано на красоте и свете

До полного явления Творца.

Дожди и солнце, озими и ветер

Ему верны пребудут до конца.

А мы, хотя не менее любимы,

Понять Его усилий не хотим,

Глядим куда-то в сторону и мимо

В своих машинках по шоссе летим.

С тупым и постоянным окаянством,

Тараща остеклённые глаза,

Торопимся из времени в пространство,

Так, что визжат на спусках тормоза.

Лишь иногда, на горочке, на взлёте,

Когда откроет даль нездешний вид,

Свеча берёзы сердце позолотит

Да зелень поля душу ознобит

 

             *     *     *

Декабрь в середине.

                               Постойте, послушайте снова:

Декабрь-в-середине…      

                               Дыхание русского слова.

ДекабЫрь…ДекабАрь..?

                                 Оно к полногласью стремится,

Как птица из клетки,

                                  Как дикая бурая птица.

Застыла Москва

                               В белизне, серебре и озоне,

Чтоб завтра очнуться

                                 В мазуте, грязи и бензине.

Но близки пределы предзимья,

                                               Конец межсезонья -

Декабрь в середине.

                                   Декабрь уже в середине!

А год - всё быстрее,

                                Быстрее, быстрее под горку.

Декабрь в середине.

                               Распахнуты времени створки.

И новый январь замаячил,

                                        Суровый и властный,

 

А русские гласные

                              В полном плену у согласных.

 Но всё же рождается, бьётся

                                             И рвётся на волю:

ДЕКАБАРЬ. Прислушайтесь:

                                          «О, я дышу, я изволю

Проклюнуться вновь

                                В скорлупе приручённой латыни

На чьих-то губах, в декабре,

                                             В серебре, в середине!»

 

                     *    *    *

У лирики короткое дыханье -

Она живёт от выдоха до вдоха.

Но в это нутряное трепыханье

Вплетает голос целая эпоха

 

У лирики свободное дыханье,

Она не терпит плана и заказа,

 В ней искры Божьей ясное сверканье

И своеволья тайная зараза.

 

 У лирики высокое дыханье,

Она парит над разумом и бытом.

И частая расплата за призванье -

Разбиться. Быть убитым. Жить забытым. 

 

 

   Сведения об авторе: Зинаида Николаевна Новлянская живет и работает в Москве. Кандидат психологических наук. Сотрудник Психологического института Российской академии образования. Много лет занимается проблемами художественного развития детей.  Автор нескольких книг, посвященных художественному воспитанию подростков. Член Союза писателей Москвы. 

 

В начало текста

 

IPLog        SpyLOG                                 

 

  

©2002. Designed by Klavdii
Обратная связь:  klavdii@yandex.ru
Последнее обновление: января 28, 2012.