Блоги писателя А.Углицких:
Сериал "Поэты России"
"Провинциальные поэты,
Не вознесенные молвой,
Чьи золотые эполеты -
Ладони матушки больной..."
Алексей Решетов
Владимир ПАРАМОНОВ
(1945-2001)
Владимир Васильевич Парамонов, поэт, член Союза писателей СССР и России, родился 12 ноября 1945 года в г. Улан-Удэ в рабочей семье переселенцев из Воткинска. В 1950 году семья возвратилась в удмуртский город Воткинск. В 1978 г. закончил филологический факультет Глазовского педагогического института. В 1978 году в издательстве "Удмуртия" (Ижевск) выходит первая авторская книга поэта "Беспокойство", составленная из лирики 60-70-х гг. - с предисловием Олега Поскрёбышева. В 1982 году - выпускается вторая книга "Прямая" ("Удмуртия"). В 1983 году В. Парамонова принимают в Союз писателей СССР. В 1988 году выходит третья книга поэта "До востребования" ("Удмуртия"), стихи из которой составили также подборку в столичном журнале "Юность" и вошли в сборник "Стихи этого года. 1987" ("Советский писатель"). В 1990 году в издательстве "Удмуртия" вышла книга Гая Сабитова "Счастье" (на русском языке), большинство переводов с удмуртского в которой выполнены В. Парамоновым. К пятидесятилетию поэта в 1995 г. издательство "Удмуртия" выпустило его книгу "Невольники свободы", составленную из стихов, написанных в конце 80-х - начале 90-х гг., где, как всегда у Владимира Парамонова, острые гражданственность и публицистичность естественно сочетались с тонкой лиричностью.
1 февраля 2001 года - скоропостижно скончался от очередного инфаркта.
Стихи из последнего рабочего блокнота опубликованы в альманахе Союза литераторов Удмуртии "Аквилон", Ижевск, 2003. (http://museums.18region.ru/index.php?template=news&pid=15). Успел подготовить книгу избранных стихотворений "Переходный возраст", оригинал-макет которой после смерти отца сделал старший сын Константин. Книга вскоре должна выйти в издательстве Руслана Элинина (Москва).
Александр
Корамыслов,
сотрудник воткинского Музея истории и
культуры,
член Союза литераторов Удмуртии.
СМЕХ
БЕЗ ПРИЧИНЫ
КАК УТРЕННЕЕ УПРАЖНЕНИЕ
Да не будьте мрачными и хмурыми!
Вл. Высоцкий
Если пухнет голова
От печали, от кручины,
Ты утрами - раз-и-два -
Улыбайся без причины -
Как дурак над глупой цацкой, -
Через силу, но вот так, -
Чтоб из зеркала дурацки
Разулыбился дурак. -
Не назло Фортуне гордой,
Но и жлобству не в поклон...
А кто вечно с мудрой мордой -
Может, вовсе не умен?
Жми - от уха и до уха -
А бровей - не смей! - не хмурь:
Лыбься, брат! - и ясность духа
Перекатится вовнутрь.
* * *
Какая с календарного листка
Вам усмехнется дата в это утро?
В среде людей то траурно, то смутно.
Конец тысячелетия. Тоска.
Тоска... И всё же, надобно сказать,
Растёт наш дар с невзгодами сражаться:
А нам бы только сутки продержаться!
А нам бы только месяц простоять!..
Да этот век... Да эту жизнь... А там -
Везенье невезуху перетянет!
И что-то очень светлое настанет,
Согласно упоительным мечтам!..
И в этом дне, потомок мой неясный,
Взгляни назад, где мы едва видны,
Где - с точки зренья века - мы темны,
Но - с точки зренья Вечности - прекрасны.
ПЛОХИЕ ЛЮДИ
Для всех, кто проходит по спискам хороших,
Дорога светла, но всего лишь одна.
Зато уж кривых да греховных дорожек
Злодеям - хоть чертова прорва дана.
Плохому, ему и лазейка - дорога,
Где он, хоть подлец, но себе - господин.
Плохому путей - исключительно много,
Хорошему - только лишь верный - один.
Плохой - отродясь бережет свою шкуру
По мере своих нерастраченных сил,
Плохой - не закроет собой амбразуру,
А ждет, чтоб хороший пришел - и закрыл.
В итоге, плюя на понятие Долга
И службу во имя Великих Идей,
Плохие живут исключительно долго -
И в этом заслуга хороших людей.
ГЛУБИНКА
В этой тьме - без отдушин и роздыха
Так спеклась и свалялась душа,
Что теперь (при наличии воздуха)
Надо снова учиться дышать
Без оглядки, с кряхтеньем да оханьем,
И, не как нас учили - слегка,
А привольно, да полными легкими -
Так, чтоб ребра впивались в бока.
Наши души источены плесенью,
Наши легкие съел никотин, -
И так странно, что будет не тесно им
В обиталищах наших грудин.
В небе солнышко радостно скалится.
И простора взалкала душа:
И - вздохнул... И - не в силах откашляться...-
Так с тех пор и хожу, не дыша...
Эй, вы, мудрые, честные, смелые!
Вы прокашляйте правду в ответ:
Или что не по правилам сделал я,
Или воздуха все-таки - нет?
* * *
Упал на сердце смутный снег.
А ты, единственный мой век,
лишенный веры,
вошел мучением в меня,
ломая, комкая, виня,
не из сегодняшнего дня,
не нашей эры.
Невнятный свет вдали погас.
Пусть слава мчится мимо нас.
Дай мне прожить хоть этот час,
житье устроив...
Мы - люди маленькие, мы
пришли из вечной полутьмы -
страны героев.
И - бабочкою над костром:
последний рубль, и тот - ребром!
смертельный номер...
Последний день. Последний лист.
Жил-был на свете оптимист...
И вот он помер.
Осталась тень, игра ума,
сума да желтая чума
средь звона злата,
да злой мирок в чужом пиру:
игра на жизнь, и за игру
расплата.
ПРОЦЕСС
ПОГЛОЩЕНИЯ СВЕТА
Тянусь. Обжигаюсь. Стараюсь.
И всё замечаю - расту!
Утратили мысли кудрявость,
Зато обрели простоту.
И корни вгрызаются в почву
Сквозь камни, слои мерзлоты...
Не плачь, что завяли цветочки -
Зато завязались плоды.
И вечнозелёное лето
Всё длится, творит волшебство -
Процесс поглощения света
Во имя рожденья его.
* * *
Вон как нас от печали скрутило.
Но, возможно, как раз в этот час
в мастерской равновесия мира
не сошелся какой-то баланс:
и пока нам с тобою невесело,
мир свободен от грусти и дрязг,
потому что его равновесие
постоянно зависит от нас.
* * *
А перед тем, как вынужден стрелять,
прочувствуй отстраненно и подробно, -
о, как доверчиво прижалась рукоять
к твоей большой ладони... Как удобно
под палец поднырнул и ждет свой срок,
призывен, плавен, нежен и послушен,
прикосновенья жаждущий курок...
Как механизм, касанием разбужен,
в истоме непривычного тепла
спешит руке послать сигнал ответный...
Как рабски горд свинец в рубашке медной
готовностью нырнуть в канал ствола...
Как рубчатый затвор, тая азарт,
хранит неравнодушье к магазину,
мечтая быть оттянутым назад,
чтобы взвести послушную пружину
и, на возврате, выхватив патрон,
уверенно вогнать в тугой патронник,
подогнанный к нему микрон в микрон...
И все настороже. И только стронь их
расчетливым нажатием курка...
И вот - сама - изобразив готовность,
уже рука на уровне зрачка,
который хищно ловит цель сквозь прорезь
прицельной планки... Но довольно! Стоп!
Уймись, о новоявленный воитель!
Осталось только снять предохранитель,
чтоб получить ответно пулю в лоб...
